Охваченная тревогой, Анжелика нервно посматривала кругом. Она была в капоре и голубом шелковом платье с турнюром, на плечи была наброшена шаль того же цвета, которая изумительно оттеняла ее бледность и светлые волосы.
– Мистер Струан, как он себя чувствует?
– Не знаю, мэм, мисс, – доброжелательно ответил солдат. – Док Бабкотт, он лучший в этих водах, так что с беднягой все будет в порядке, ежели будет на то воля Божья. Он прямо страсть как обрадуется, увидев вас – все тут про вас спрашивал. Мы-то вас раньше утра и не ждали.
– А мистер Тайрер?
– Здоровехонек, мисс, рана пустяковая. Нам бы пора трогаться.
– Далеко идти?
– Ай-йа, нет далекий чоп-чоп ладна, – раздраженно проговорил Лун. Он поднял шест с фонарем и выставил его в ночь, что-то озабоченно бормоча на кантонском.
До чего наглый сукин сын, подумал офицер. Он был высокого роста, лейтенант королевского флота, звали его Джон Марлоу. Он и Анжелика двинулись следом. Морские пехотинцы тотчас же развернулись, прикрывая их со всех сторон, дозорные вышли вперед. – С вами все в порядке, мисс Анжелика? – спросил он.
– Да, благодарю вас. – Она плотнее закуталась в шаль, осторожно ступая в темноте. – Какой ужасный запах!
– Боюсь, это испражнения, которые здесь используют как удобрение, да еще отлив добавляет. – У Марлоу были песочного цвета волосы и серо-голубые глаза. В свои двадцать восемь лет он являлся капитаном двадцатиоднопушечного парового фрегата Ее Величества «Жемчужина». Правда, последнее время он исполнял обязанности флаг-адъютанта при адмирале Кеттерере, командовавшем военно-морскими силами в Японии. – Может быть, вам было бы удобнее в носилках?
– Благодарю вас, нет, все и так очень хорошо.
Лун шел чуть впереди по узким пустынным улочкам деревни, освещая им путь. Большая часть Канагавы лежала погруженная в глубокую тишину, хотя изредка они слышали шумный пьяный смех мужчин и женщин, доносившийся из-за высоких стен, в которых время от времени попадались маленькие дверцы с зарешеченными окошечками. На каждом шагу им встречалось множество разукрашенных вывесок на японском.
– Это постоялые дворы, гостиницы? – спросила она.
– Видимо, – осторожно ответил Марлоу.
Лун тихо хихикнул, услышав вопрос и ответ. По-английски он говорил совершенно свободно – язык он выучил в миссионерской школе. Однако, следуя приказу, тщательно скрывал это, всегда говорил только на пиджин, притворялся глупым и в итоге знал много секретов, которые имели огромную ценность и для него, и для руководителей его тонга, и для их общего вождя, Светлейшего Чена, Гордона Чена, компрадора компании Струана. Компрадор, обычно им был высокородный евразиец, являлся незаменимым посредником между европейскими и китайскими торговцами, он свободно говорил на английском и нескольких китайских диалектах, и к его рукам прилипало по меньшей мере десять процентов от каждой сделки.
А, заносчивая юная мисси, питающаяся чужой неудовлетворенной страстью, с бесконечным весельем размышлял Лун, знавший о ней много всего интересно, который же из этих дурнопахнущих круглоглазых первым распялит тебя на подушках и войдет в твои столь же дурнопахнущие Нефритовые Врата? К тебе в самом деле еще никто не прикасался, как ты притворяешься, или внук Зеленоглазого Дьявола Струана уже познал с тобой Облака, Пролившиеся Дождем? Клянусь всеми богами, великими и малыми, я узнаю это совсем скоро, потому что твоя горничная является дочерью третьей двоюродной сестры моей сестры. Я уже знаю, что твои короткие волоски неухожены и нуждаются в выщипывании, они такие же светлые, как на голове, и растут слишком густо, чтобы это могло понравиться цивилизованному человеку, но, полагаю, варвар этого просто не заметит. Ха!
Ай-йа, до чего интересна жизнь. Готов поспорить, это нападение и убийство доставят и дьяволам-варварам, и Пожирателям Нечистот с этих островов много неприятностей. Вот и чудесно! Пусть все они захлебнутся в собственных испражнениях!
Интересно получается, что внук Зеленоглазого Дьявола был так жестоко ранен, стало быть, скверный йосс всех мужчин этого рода простирается и на него; интересно, что новость об этом уже тайно летит в Гонконг с нашим самым быстрым курьером. Ах, до чего я мудр и предусмотрителен! Но, опять же, я родился в Срединном Царстве и потому, разумеется, стою выше них всех.
Однако встречный ветер для одного всегда надувает паруса другого. Это известие, несомненно, резко понизит стоимость акций «Благородного Дома». Зная об этом наперед, я и мои друзья получим большую прибыль. Клянусь всеми богами, я поставлю десятую часть своей прибыли на первую же лошадь на скачках в Счастливой Долине, которая побежит под четырнадцатым номером – сегодняшней датой по варварскому исчислению.
Хоу! – воскликнул он, вытянув вперед руку.
Центральные башенки храма темнели над улицами и переулками крошечных одноэтажных домов, стоявших каждый отдельно, но при этом кучками, как в сотах.
Два гренадера под началом сержанта охраняли ворота храма, хорошо освещенные масляными фонарями. Рядом с ними стоял Бабкотт.
– Привет, Марлоу, – произнес он с улыбкой. – Поистине неожиданное для меня удовольствие, мадемуазель, добрый вечер. В чем…
– Извините, доктор, – прервала его Анжелика. Она глядела на него снизу вверх, широко раскрыв глаза, пораженная размерами англичанина. – Но Малкольм… мистер Струан… мы слышали, он был опасно ранен.
– Он получил довольно неприятный удар мечом, но рана зашита и сейчас он крепко спит, – как можно более легким голосом произнес Бабкотт. – Я дал ему успокоительное. Я отведу вас к нему через секунду. В чем дело, Марлоу, зачем…
– А Филип Тайрер? – снова прервала его она. – Он… его тоже серьезно ранили?
– Просто поверхностная рана, мадемуазель, вы в данный момент ничего не можете для них сделать, оба приняли снотворное. Зачем здесь все эти морские пехотинцы, Марлоу?
– Адмирал решил, что вам понадобятся дополнительные силы на случай эвакуации.
Бабкотт присвистнул.
– Это настолько серьезно?
– Там как раз сейчас идет совещание. Адмирал, генерал, сэр Уильям вместе с французскими, германскими, русскими и американскими представителями и… э-э… нашей торговой братией, – сухо добавил Марлоу. – Я так полагаю, разговор идет жаркий. – Он повернулся к сержанту королевской морской пехоты. – Обеспечьте охрану миссии, сержант Кримп, я обойду посты позже. – Повернувшись к сержанту гренадеров, он добавил: – Пожалуйста, предоставьте сержанту Кримпу необходимую помощь: укажите, где расставить людей и так далее. Ваше имя, пожалуйста?
